Свободная Одесса

На электронную почту редакции газеты “Свободная Одесса” со ссылкой на аудиозапись, размещенную на портале Youtube в сети Интернет, пришел очередной любопытный материал. Это - запись разговора между прокурором Николаевской области Николаем Стояновым и одесским местечковым уркой Игорем Марковым, именующим себя председателем партии “Родына”. Если раньше мы просто предполагали, что между прокурором и уголовником существует некая связь, которая зиждется на каких-то интересах (деньги, бизнес), то теперь мы получили этому прямое подтверждение.Стоянов и Марков связаны между собой крепкими коррупционными узами.  И именно в этом следует искать причину того, что уголовные дела в отношении Игоря Маркова, которые якобы в целях объективности следствия расследуются не Одесской, а прокуратурой Николаевской области, благополучно закрыты с формулировкой “из-за отсутствия состава преступления”. Теперь мы видим причину таких решений…
Эти персонажи общаются друг с другом на “ты”. Стоянов сам говорит, что они с Марковым старые друзья. И до тех пор, пока украинское кривосудие будет направлять уголовные дела Маркова на расследование его близким друзьям и компаньонам по бизнесу, правосудия в Украине не видать.
Кстати, уголовное дело в отношении еще одного уголовника с политическими амбициями – Алексея Козаченко, также расследовала прокуратура Николаевской области. И так же благополучно похоронила это громкое дело. Поговаривают, что А. Козаченко за это решение “отвалил” прокурору Стоянову аж 300 тысяч зеленых, которые последний пообещал своему вышестоящему начальству за должность прокурора Одесской области…
Такие коррупционные деяния высокопоставленного сотрудника прокуратуры проливают свет на то, почему урке Маркову столь долгое время удается успешно обходить закон и уходить от ответственности. В связи с этим нам кажется, что руководство страны, а также Генеральная прокуратура и Служба безопасности Украины обязаны неотлагательно принять меры для всестороннего выяснения причин столь тесного общения между Марковым и Стояновым, и какие такие общие интересы их столь сильно объединяют. Уделить этому внимание должны и в Совете Национальной безопасности и обороны Украины, ведь Марков, в открытую сотрудничающий с российскими спецслужбами и находящийся в тесной дружбе с о скандально известным генеральным консулом Российской Федерации в Одессе Грачевым, также плотно общается и с двумя вице-премьерами украинского правительства Владимиром Сивковичем и Владимиром Семиноженко. А это заставляет всерьез задуматься и над вопросом зависимости новой власти от уголовных элементов, поддерживаемых из-за рубежа.
Просим прощения у читателей за часто упоминаемую нецензурную брань, но, как известно, из песни слов не выкинуть – так уж общаются эти с позволения сказать “оппозиционеры”.

Разговор Игоря Маркова с неким Олегом и прокурором Николаевской области Николаем Стояновым

Олег: “Ало”.
Марков: “Да, Олег!”
Олег: “Ну, что ты? Как у тебя дела?”
Марков: “Нормально, работаем”.
Олег: “Что ты? Сидим тут. Николай Степанович беспокоиться, что с тобой связи нет”.
Марков: “А два месяца Николай Степанович не интересовался со мной связью, а?”
Олег: “Ты же не знаешь, наверно… В реанимации лежал он. Вырезали полжелудка, пол внутренностей у него вырезали!”
Марков: “А из-за чего?”
Олег: “Ну, бля, вот так вот! Чтобы даже не говорить!”
Марков: “Я понял. Дай его”.
Олег: “Сейчас дам”.
Стоянов: “Але”.
Марков: “Товарищ генерал, здравствуй!”
Стоянов: “Здравствуй. А, что вы это самое!.. Что вы не позвоните? Я чуть не умер, блядь, a вы так!”
Марков: “Я сам чуть не умер, блядь!”.
Стоянов: “Чего, бля?..”
Марков: “Степаныч, а что с тобой?”
Стоянов: “В реанимации две недели, блядь. Ласты чуть не свернул, на хуй. Только начал ходить”.  
Марков: “А, что случилось?”
Стоянов: “Желудок. Мне же резали, блядь. Гной!”
Марков: “Караул!”
Стоянов: “Да, еле вытащили короче. Я три месяца болею. Знаешь, а ты мой друг, хрен на меня забил, блин, а?” 
Марков: “Так, Степаныч!.. Я, во-первых, не знал. Во-вторых, не хотел компрометировать”. 
Стоянов: “Ну, на хуй, я давно скомпрометирован тобой. Мы старые друзья, бля!”
Марков: “Ну, да”.
Стоянов: “Кресло мое - его не заберут. А должность… Ну, будет другая!”

 

 

Прокурорская “крыша” уголовника Маркова. Часть 2: Стоянов

 

На электронную почту редакции газеты “Свободная Одесса” со ссылкой на аудиозапись, размещенную на портале Youtube в сети Интернет, пришел очередной любопытный материал. Это – запись очередного разговора между прокурором Николаевской области Николаем Стояновым и одесским местечковым уркой Игорем Марковым, именующим себя председателем партии “Родына”.

Общение урки Маркова с прокурором Стояновым уже давно ни для кого не секрет. Стоянов и Марков связаны между собой крепкими коррупционными узами. И именно в этом следует искать причину того, что уголовные дела в отношении Маркова, которые якобы в целях объективности следствия расследуются не Одесской, а прокуратурой Николаевской области, благополучно закрыты с формулировкой “из-за отсутствия состава преступления”. Теперь мы видим истинную подоплеку таких решений…

Эти персонажи общаются друг с другом на “ты”. Стоянов сам говорит, что они с Марковым старые друзья. И до тех пор, пока украинское кривосудие будет направлять уголовные дела Маркова на расследование его близким друзьям и компаньонам по бизнесу, правосудия в Украине не видать.

Кстати, уголовное дело в отношении еще одного уголовника с политическими амбициями – Алексея Козаченко, также расследовала прокуратура Николаевской области. И так же благополучно похоронила это громкое дело. Поговаривают, что А. Козаченко за это решение “отвалил” прокурору Стоянову аж 300 тысяч зеленых, которые последний пообещал своему вышестоящему начальству за должность прокурора Одесской области. А если учесть, что с уходом Присяжнюка эта должность выставлена “на торги” – чем черт не шутит, может и Стоянов ее занять! Во всяком случае к этому он очень стремится. И ходят упорные слухи, что стояновские деньги таки заинтересовали кое-кого в столичных верхах – его кандидатуру рассматривают всерьез.

В Николаеве ему уже давно нечего делать – все подмял под себя (детальнее об этом здесь – “Прокурорские будни: хорошо стоит Стоянов!” http://svobodnaya.odessa.ua/index.php/article/1521-2010-05-14-14-21-26.html). Теперь он хочет взяться за Одессу. Его компаньон и подельник Марков очень заинтересован в том, чтобы заполучить себе такую надежную “крышу”, как давно купленный им Стоянов в роли прокурора Одесской области. Случись такое, Маркову уж точно будет “море по колено”...

Судя по содержанию, публикуемый сегодня разговор состоялся сразу после того, как мы опубликовали первые появившиеся в сети Интернет записи общения Маркова и Стоянова (подробнее об этом здесь: “Урка и прокурор – братья навек, или Как прокурор Стоянов “крышует” уголовника Маркова” http://svobodnaya.odessa.ua/index.php/articles/38-mostread/1450-2010-04-09-05-10-01.html). В публикуемом теперь новом разговоре Стоянов, получивший нагоняй от руководства Генпрокуратуры, как бы оправдывается: “Вы мне скажите, а что мне запрещено быть в дружеских? Где это написано? Я, допустим, так сказал генеральному: “Что, мне запрещено?”. Это запрещено как-то законом - или что?” Конечно не запрещено, гражданин Стоянов! Запрещено в наглую закрывать уголовные дела в отношении своего компаньона, входить с ним в коррупционные связи, нагло попирать закон – это запрещено! И именно поэтому мы считаем Стоянова продажным служителем Фемиды, состоящим на содержании у уголовника Маркова, которого он покрывает и оберегает, словно самую свою дорогую “дойную корову”.

В публикуемых разговорах Марков рассказывает своему единомышленнику в прокурорских погонах о том, как они сотрудничают с председателем Антимонопольного комитета Украины, с двумя вице-премьерами правительства – Семиноженко и Тигипко. Моментами может показаться, что Марков и вправду крутой “мэн”. На самом же деле – мелкая уголовная шавка, с легкой руки Боделана сколотившая себе капиталец и раздающая его направо и налево разнообразным своим “крышам” – “ментовским”, прокурорским и властным. А те доят этого “лоха” нещадно, на что ему и указывает прокурор Стоянов: “Ну, нахуя раздавать долбoебам деньги?” Переживает, видать, что его “лошару” другие разводят. Вот и учит “Марадону” уму-разуму, вселяет в него веру, что тот может быть политиком. А Марков – ведется…

Все это является ярчайшей иллюстрацией того, как высоко зашла коррупция в нашей стране. Похоже, что даже вице-премьеры берут деньги у уголовных элементов, оказывая им покровительство. И мы хотим в таком государстве иметь порядок? Нет, тут ситуацию может спасти только революция! Тогда наступит эра справедливости и такие персонажи, как Марков и Стоянов будут не о власти думать, а о том, как бы им лишнюю пайку сожрать!

Просим прощения у читателей за часто упоминаемую нецензурную брань, но, как известно, из песни слов не выкинуть – так уж общаются эти деятели.

 

Стоянов: “А, дорогой дружище! Вас найти - это очень тяжело”.

Марков: “Я был у зубного. Степаныч, только трубку взял. Зубы чистили мне час”.

Стоянов: “Зубы нужны! Зубы нужны, блядь, когда…”

Марков: “Ладно, ладно, ну прекрати! Ну, зачем вы так говорите? Вы в Одессе?”

Стоянов: “Игорь, не я был вчера, пытался тебя найти? Ты наверное где-то, блядь, на пробку наступил?”

Марков: “Да. На пробку. А завтра выступать пошел, сегодня зуб. Знаешь, курю, следы… Выступать, чтобы голливудский оскал был!”

Стоянов: “Мой друг! Выступать - надо, но ты же должен понимать мнение”.

Марков: “Я понимаю. Я по совету завтра встречаюсь (с Тигипко – Ред.), с тем о ком мы говорили. И наверное мы ударим по рукам”.

Стоянов: “Да, да. Поверь мне, что…”

Марков: “Да, я понимаю”.

Стоянов: “Знаешь - это реально. Сегодня так, завтра будет… Надо идти постепенно. Не получится одним рывком, блядь (стать мэром – Ред.). Ты прекрасно понимаешь”.

Марков: “Как бы не хотелось. Да”.

Стоянов: “Как бы не хотелось. Поверь мне, если идти последовательно, взвешивать и обдумывать каждый шаг, то все будет хорошо. Тем более - ты молодой человек. У тебя, сколько еще впереди! И энергии хватит, и здоровья. Не глупить главное”.

Марков: “Это я согласен. Конечно”.

Стоянов: “Надо окружение чуть перетрусить, пересмотреть”.

Марков: “Поменяю сейчас всех. Как раз эти два месяца мне показали очень многое!”

Стоянов: “Пиздунов дохуя, блядь, и прихлебателей. Оно нахуй не нужно! Нужны умные, толковые люди. Пускай, их будет 2-3 человека, но преданных, нежели 100 шакалов, блядь, которые сдадут”.

Марков: “Согласен”.

Стоянов: “Где Димидов? Где этот великий, блядь, и могучий?”

Марков: “Да он тогда вообще отошел!”

Стоянов: “Я тебе что, не говорил о нем? Человек, блядь, который сегодня… Я в кресле - он здоровается. Завтра - хуй руки подаст. Те - пидарасы! Он один не пидарас, понимаешь, в Одессе!”

Марков: “Ну, ты мне скажи. Смотри, я завтра буду у нашего одного друга, я вылетаю, а потом буду”.

Стоянов: “Ты занимайся своими делами. Мне что, это печет, блядь? Ты просто должен сказать: “Я могу так или могу так” - и все”.

Марков: “Мы решим с тобой, послушай меня. Скажи, ты как хочешь - и все. Давай сам скажи - и все”.

Стоянов: “Ты понимаешь. Не, ну, как ты там Игорь, я тебя же не буду грузить, ты прекрати!”

Марков: “Не грузи. Скажи сам. Ты будешь в Одессе?”

Стоянов: “Да. Есть цены, ты говоришь, вот”.

Марков: “Давай не по телефону. Разберемся. Я сказал же - оно все, как бы это самое, с тобой все решим”.

Стоянов: “Да и все, ты скажешь сколько. Я скажу: “Подходит!” или “Не подходит!”. Ударили по рукам, и пошли дальше. Я же нормальный! Я же не обижаюсь никогда. Ты же знаешь!”

Марков: “Ну, понятно”.

Стоянов: “Ты самый приличный парень! Бывает чуть-чуть, блядь, несет тебя, но ничего - это пройдет”.

Марков: “Ну, что делать, несет! Двум Леонидовичам (Сивковичу и Тигипко – Ред.) привет передавать?”

Стоянов: “Ну, конечно, конечно! Надо подбирать, Игорь, действительно толковых, нормальных парней. Есть с кем, понимаешь? У которых самооценка завышена - это хорошо, но поверь, блядь, самооценка иногда она подводит. Должно быть реально. Реальное, блядь, это самое важное, дать оценку себе и вокруг происходящему”.

Марков: “Согласен”.

Стоянов: “Ты потратил кучу денег, блядь, здоровья – нахуя? Какой результат, Игорь? Я понимаю, есть, но он должен быть больше, эффективнее, блядь. Сколько потрачено сил и энергии!”

Марков: “Степаныч, тот опыт, который я приобрел - он никаких денег не стоит. Я теперь просто профессионал!”

Стоянов: “Ну, нахуя раздавать долбoебам деньги тогда?”

Марков: “Ну, послушай меня. Ну, кто же знал, что они долбо..?”

Стоянов: “Пидарасы!”

Марков: “Да, о!”

Стоянов: “Ты с нашим другом Димидовым общаешься?”

Марков: “Его нет. Никто его не видел. Я там пару раз набрал, он не перезвонил. Я и перестал звонить. Ну, где-то или его нет в стране или что-то”.

Стоянов: “Есть”.

Марков: “Есть, да?”

Стоянов: “Да”.

Марков: “Так его еще там наши друзья не могут. Ну, видно не хочет. Хрен его знает”.

Стоянов: “Он ничего не хочет, как бы”.

Марков: “Мне кажется, что они там, что-то как-то так - усугубляют очень часто (надо понимать – наркоманят – Ред.), и оно какой-то отпечаток накладывает”.

Стоянов: “Да. Хорошо. Давай, удачи!”.

Марков: “Да. Спасибо тебе, Степаныч!”

 

***

 

Стоянов: “Здравствуйте, многоуважаемый Игорь Олегович!”

Марков: “Здравствуйте, здравствуйте”.

Стоянов: “Что вы делаете?”

Марков: “Я вернулся в город (Одессу – Ред.). Сижу с Алексеем Алексеевичем Костусевым”.

Стоянов: “Лучший город!”.

Марков: “Да. У меня сегодня “5-й канал” брал интервью”.

Стоянов: “Они мне тоже звонили. Я их послал нахуй”.

Марков: “Они говорят, что вы в дружеских отношениях. Я говорю: “Вы знаете, не надо слушать провокаторов. Я могу комментировать заявления серьезных политиков, государственных мужей, но комментировать заявления провокаторов - это дело не благодарное”. Правильно?”

Стоянов: “Да, да. Это что, мешает быть в дружеских, скажем?”

Марков: “Не знаю. Послушай, им только дай повод!”.

Стоянов: “Вы мне скажите, а что мне запрещено быть в дружеских? Где это написано? Я, допустим, так сказал генеральному: “Что, мне запрещено?”. Это запрещено как-то законом - или что?”

Марков: “Я послушал вашего мудрого совета. Я ударил по рукам (с Тигипко – Ред.). Я только с Киева приехал”.

Стоянов: “Ну и правильно!”.

Марков: “Все. Я готов с вами встречаться, когда вы скажите”.

Стоянов: “Хорошо, мой друг. Ты уже со мной на “вы”? Ты уже стал политиком и все теперь, тебя не остановишь?”

Марков: “Нет. Вы просто будущий, наверно, человек, который вообще должен возглавлять это ведомство (Генеральную прокуратуру – Ред.). Поэтому я заранее...”

Стоянов: “Это нам не мешает быть на “ты”.

Марков: “Ладушки, Степаныч!”.

Стоянов: “Это общение, понимаешь? Это глупости. За это еще никого не сняли. Я на это смотрю, только дураки прячутся, потом показывают”.

Марков: “Вся страна такая. Послушай меня. Сегодня, ты знаешь, что закрылся Административный суд потому, что прекратили его финансирование. У них нет денег!”.

Стоянов: “У нас суды скоро все закроются. Я у себя на полгода запас всем необходимым, чтобы могла работать прокуратура”.

Марков: “Степаныч, слушай”.

Стоянов: “Закон о коррупции просто вообще запрещает даже 10 гривен взять у бизнесмена для покупки, допустим, я утрирую, бумаги или чернил для прокуратуры. Это уже коррупция - надо выгонять. Это, блядь, кто мог додуматься? Я что - себе домой беру? А выделяют средства 100 тысяч гривен на год мне. То есть, я должен заплатить за свет. Свет у меня выходит в месяц 30-40 тысяч гривен. Газ, вода и т.п”.

Марков: “Степаныч, я сейчас с Костусевым-старшим сижу, выскочил. Ты в Одессе, нет?”

Стоянов: “Да”.

Марков: “Завтра можем увидеться?”

Стоянов: “Конечно”.

Марков: “Все, ты звони, когда ты свободен. Я подъеду”.

Стоянов: “Давай, дорогой”. 

 

Прокурорская “крыша” уголовника Маркова. Часть 3: Присяжнюк

 

На электронную почту редакции газеты “Свободная Одесса” со ссылкой на аудиозапись, размещенную на портале Youtube в сети Интернет, пришел очередной любопытный материал. Это – запись разговора между прокурором Одесской области Василием Присяжнюком и местечковым уркой Игорем Марковым, именующим себя председателем партии “Родына”. Судя по смыслу разговора, состоялся он в период обострения ситуации на рынке “Северный”, когда возглавляемая Марковым околополитическая группировка “Родына” нагнетала там страсти, стравливая между собой предпринимателей и руководство с целью взять рынок под свой контроль. В разговоре Присяжнюк как-то очень тепло, прям таки по-отцовски, а вовсе не как государственный служащий прокуратуры, на которого возложена функция следить за соблюдением законности в области,  обращается к уголовнику, находящемуся под следствием сразу по нескольким уголовным делам, буквально уговаривая его прекратить кровавый беспредел, который устроила его “Родына” на рынке “Северный”. Уговаривает вместо того, чтобы обрушить на Маркова всю строгость закона!

Такое мягкое, даже можно сказать братское отношение прокурора области к местечковому урке вовсе не случайно. Присяжнюк не такой уж бессребреник, каким пытается показаться на людях - взяточник и коррупционер еще тот! Его первый заместитель Михаил Черный клянчит у Маркова денег на ремонт прокуратуры обещая в замен переговорить с начальником следственного управления ГУ МВД Украины в Одесской области о необходимости закрыть уголовные дела в отношении Маркова

http://www.youtube.com/watch?v=pIjkxo-EtLc

 Да и сам Василий Степанович, известный своими громкими разоблачительными речами, в случае с Марковым уж как-то очень мягок и дружественен, что наводит на смутные подозрения…

Побаиваясь Присяжнюка, перепуганный Марков блеет что-то невнятное в свое оправдание. И тут же проговаривается, что шантажировал руководство рынка с требованием понизить аренду предпринимателям, но не навсегда, а всего лишь на один год, т.е. до выборов, чтобы в последствии записать себе это в заслуги. Однако это не интересуют прокурора Присяжнюка и он продолжает милое общение с уголовником на равных, учит его уму-разуму.

Более того, Присяжнюк говорит Маркову о том, что он “сдерживает ситуацию” вместо того, чтобы принимать самые жесткие меры прокурорского реагирования в отношении преступника. Он так прямо и говорит:“Я сдерживаю, чтобы не было последствий и ты остался на свободе”. Таким образом Присяжнюк не просто расписывается в своей профессиональной нечистоплотности, но и прямо признает, что является “крышей” уголовника Маркова и делает все, чтобы тот избежал ответственности перед законом. Интересно, чем это так полюбился Марков Присяжнюку и во сколько продажный прокурор оценил свою офицерскую честь?..

Эти отвратительные персонажи общаются друг с другом на “ты”, хоть Присяжнюк едва ли не в два раза старше “Марадоны” по возрасту. Из всего этого мы можем предположить, что между прокурором и уголовником существует некая связь, которая зиждется на каких-то интересах (деньги, бизнес). Видимо Присяжнюк и Марков связаны между собой крепкими коррупционными узами. И именно в этом следует искать причину того, что уголовные дела в отношении Игоря Маркова, которые расследовались прокуратурой Одесской области, благополучно закрыты с формулировкой “из-за отсутствия состава преступления”. Теперь мы видим причину таких решений…

Такие коррупционные деяния высокопоставленного сотрудника прокуратуры проливают свет на то, почему урке Маркову столь долгое время удается успешно обходить закон и уходить от ответственности. В связи с этим мы требуем от руководства страны, а также от Генеральной прокуратуры и Службы безопасности Украины принять неотлагательные меры для всестороннего выяснения причин столь тесного общения между Марковым и Присяжнюком, и какие такие общие интересы их столь сильно объединяют. Уделить этому внимание должны и в Совете Национальной безопасности и обороны Украины, ведь Марков, в открытую сотрудничающий с российскими спецслужбами и находящийся в тесной дружбе с о скандально известным генеральным консулом Российской Федерации в Одессе Грачевым, также плотно общается и с двумя вице-премьерами украинского правительства – Сергеем Тигипко и Владимиром Сивковичем. А это заставляет всерьез задуматься и над вопросом зависимости новой власти от уголовных элементов, поддерживаемых из-за рубежа.

Итак, слушаем, читаем…

 

***

 

Секретарь Присяжнюка: “Игорь Олегович, здравствуйте. С вами Василий Степанович хотел переговорить. Cейчас”.

Присяжнюк: “Да”.

Марков: “Приветствую тебя, Степаныч!”

Присяжнюк (общается суржиком, мешает украинские и русские слова): “Привет молодым людям! Як жизнь?”

Марков: “Ну, нормально”.

Присяжнюк: “Ты на территории Украины, чи ні?”

Марков: “Да, конечно””

Присяжнюк: “Тебе вже ищут всі”.

Марков: “Кто?”

Присяжнюк: “Ты знаешь? Не знаю, xто перший знайде, но ищут”.

Марков: “Зачем?”

Присяжнюк: “Я знаю зачем? Може притихомирить трошки. Щоб ты став із буйних, ну перейшов трошки в розумних. Там твій Бовбалан якийсь. То твій чоловік, чи ні?”

Марков: “Ну, что значит мой? Ну, работаем вместе, в одной партии”.

Присяжнюк: А він що, у твоїй партйї?”

Марков: “Конечно”.

Присяжнюк: “Так ти таких баламутів у партію назбирав? Набирай нормальных людей! Для чого баламутів набирать? Грозиться, що я там буду ринки цей… Скажи своему Бовбалану: “Друже, їдьотдыхай, бо дела можуть бути не очень хорошие” - моя тобіпорада! Ты скажи, як ти із друга зробив собі ворога?”

Марков: “Кого?”

Присяжнюк: “Петросяна (ныне покойный Феликс Петросян-старший, экс-заместитель председателя Одесского областного совета, владелец рынка “Куяльник”).

Марков: “А он мне каким другом был?”

Присяжнюк: “Та, был, был. Вы вместе, я знаю. А теперь уже враг стал твой. Как так случилось?”

Марков: “Василий Степанович, я их попросил: “Понизте людям аренду на один год”. Они меня не послушали. Вот так и получилось, понимаете! Люди не в состоянии платить. Ну, не могут!”

Присяжнюк: “Я тебе даю хороший совет. Вот послушай меня, ты знаешь - я человек объективный”.

Марков: “Да”.

Присяжнюк (назидательно): “Я в этой жизни прошел все дерьмо. Ты переходи из хулигана, делайся политиком. Делайся разумным политиком. Понимаешь? Потому, что уважают людей разумных, понимаешь, деловых, разумных во всем мире, а не хулиганов. Ты же нормальный хлопец, ты же мыслишь нормально. Сделай так чтобы в городе и области было спокойствие и тебя начнут уважать все”.

Марков : “Василий Степанович, смотри, чтобы 24-го не было митинга, надо чтобы oбладминистрация приняла эти пограничные тарифы”. 

Присяжнюк: “Твой митинг ничего не решит. Этот вопрос обговаривался, чтобы ты знал - Премьер (Юлия Тимошенко) была у нас”.

Марков: “Да”.

Присяжнюк: “И мы все подняли этот вопрос по рынкам”.

Марков: “И что?”

Присяжнюк: “Мы ее провожали, подняли этот вопрос потому, что… Даю тебе информацию, что 7-й километр (промрынок) платил 92 миллиона в прошлом году за сборы.  А в этом году по этой постанове они будут платить только 52 миллиона, понимаешь? 40 миллионов они прикарманят себе. И Премьер это задумалась, что она…сделали градацию. И сейчас она  пообещала, что эти вопросы урегулирует. Не знаю, возможно, будет это какое-то дополнение к постанове или будет какое-то распоряжение. А другие рынки - убыточные. Были 90 сборы, а если сейчас взять по 14 это рынки будут убыточные. Это ты прекрасно понимаешь. Особенно мелкие рынки. Ты же тоже…”

Марков: “Василий Степанович, я не то. Пускай они примут какое-то решение уже и выполняют закон и все. Пускай хоть что-то примут, не может же быть так вот, бардак”.   

Присяжнюк: “Конечно, да”.

Марков: “Правильно”.

Присяжнюк: “Бардак не может быть. Я знал, что ты разумный хлопец. Давай”.

Марков: “Хорошо”.

Присяжнюк: “Отправь Бовбалана,пусть играет. Девку ему дай молодую. Будь разумным и все будет добре. Слушай меня - ты знаешь, я глупостей не делаю. Давай, пока!”

Марков: “Давай, пока”.

 

***

 

Марков: “Да, Василий Степанович!”

Присяжнюк: “Да, привет! Ну, что ты там беспредельничаешь?”

Марков: “Я Василий Степанович беспредельничаю? Я не беспредельничаю. Я наоборот сдерживаю все, что можно сдержать. Но власть ничего не делает и милиция, понимаете, охраняла вот этих вот. А народ там (рынок “Северный”) сам вынес свой вердикт”. 

Присяжнюк: “А народ, ты знаешь чей там народ? Тебе это надо перед праздниками бузить?”

Марков: “Василий Степанович!”

Присяжнюк: “Ты понимаешь, я уже сдерживаю эту ситуацию, тебе даже словами не передать. Если я уйду в сторону, понимаешь, то вас просто разорвут. Ты можешь мне поверить? Это я тебе говорю, как прокурор области!”   

Марков: “Я тут сам…”

Присяжнюк: “Ты слышишь меня или не слышишь?”

Марков: “Да, я слышу Василий Степанович”.

Присяжнюк: “Ты стань мудрым человеком. Если хочешь стать большим политиком - стань мудрым, понимаешь? Стань мудрым и делай мудрые шаги вперед, а не глупые”. 

Марков: “Василий Степанович, пускай там наведут порядок, уже раз и навсегда. Пускай власть проявит. Пускай губернатор вынесет свое решение. Пускай приедет. Ну, я не знаю, что-то надо делать. Так же не возможно, так дальше!”. 

Присяжнюк: “Тебе надо нагнетать всю эту ситуацию?”

Марков: “Я не нагнетаю”.

Присяжнюк (настойчиво): “Люди и так ходят голодные и холодные. Последний раз говорю, понимаешь? Я больше не буду сдерживать ситуацию, которую я только знаю, понимаешь? Я сдерживаю, чтобы не было последствий и ты остался на свободе”. 

Марков (боится, но хорохорится): “Да не сдерживайте! Ну, арестуют меня. Сталин тоже сидел в тюрьме…”.

Присяжнюк: “Та, вот ты…”

Марков: “Ну, что я могу сделать? Я не контролирую там ситуацию. Василий Степанович, я еще раз прошу, чтобы власть, наконец, проявила себя. А меня запугивать…”

Присяжнюк (пренебрежительно): “Та нет, чем тебя запугивать? Ну, чем тебя запугивать? Это уже не тот период, чем можно кого запугивать. Ты еще не определился куда ты будешь, что, под кем и чем, а ты начинаешь это самое. Не так делают шаги первые!”. 

Марков: “Василий Степанович!”

Присяжнюк: “Когда приедет этот человек (Тигипко), надо… Приедет, скажешь мне или он перезвонит, и мы поговорим, потому, что ты делаешь много ошибок, а сейчас делать ошибок нельзя”.  

Марков: “Хорошо”.

Присяжнюк: “Давай”.